Я едва сдержался, чтобы не заорать: сегодня мы превозносим большевиков, которые ради свержения царизма способствовали поражению своей страны; почему же тем, кто хочет свергнуть большевистское коммунистическое правительство, не предоставляется то же право?
И много ли таких "хотящих" было? Сам Григоренко, тем не менее, как мне кажется, воевал за свою страну, не за большивиков. Т. е. когда стране грозила опасность, то он не приглядывалсся, кто там находится у власти.
